Москвичей обеспокоила реставрация гаража работы Мельникова и Шухова

177

Эксперты опасаются за судьбу столичного шедевра архитектуры

Неподалеку от площади Трех вокзалов ведется приспособление одного из исторических зданий для размещения в нем Музея транспорта Москвы. Об этом можно было бы говорить под звуки фанфар, однако старое депо — памятник архитектуры, а проводимые на нем работы, по мнению некоторых специалистов, могут привести к фактической утрате шедевра, созданного выдающимися мастерами — зодчим Константином Мельниковым и инженером Владимиром Шуховым. Как меняются знаковые транспортные объекты старой Москвы — выяснил «МК».

Москвичей обеспокоила реставрация гаража работы Мельникова и Шухова

Трамвайное депо имени Апакова — образец архитектуры начала ХХ века.

Конечно, музей, где представлены транспортные средства прошлого — автомобили, автобусы, троллейбусы, — Москве необходим. Как показывает зарубежный опыт, наличие подобной экспозиции — это безусловный козырь любой столицы. Уже на протяжении более 20 лет тянется эпопея с многострадальной коллекцией Мосгортранса, где собраны образцы пассажирского транспорта ХХ века. За исключением редких парадов большинство этих уникальных машин практически невозможно увидеть: место размещения экспозиции, на территории трамвайного депо имени Баумана в Ростокине, заняло депо монорельса.

Потому известие о том, что скоро наш город наконец получит долгожданный «колесный» музей, наверняка вызовет у любителей ретротехники радость. Только этот праздник может оказаться «со слезами на глазах».

Для размещения музейной экспозиции выделили комплекс построек бывшего 4-го автобусного парка на Новорязанской улице. Это объект культурного наследия — изначально здание гаража для грузовых машин, возведенное по проекту одного из самых известных в мире мастеров архитектурного авангарда Константина Мельникова. Он придумал необычную форму для «автомобильного дома» — в виде полукруга. Перекрытия, не требующие промежуточных опор, спроектировал другой отечественный гений — инженер Владимир Шухов.

Менее года назад начались работы по превращению бывшего гаража-автопарка в музейное пространство. В какой-то момент москвоведы обнаружили, что для осуществления этого проекта, предусматривающего создание дополнительного подземного этажа, гараж на Новорязанской подвергли серьезным «ампутациям»: сняли крышу, демонтировали фермы шуховских перекрытий, разобрали внутренние перегородки, оставив лишь наружный периметр стен. Столь радикальное вмешательство строителей в уникальную конструкцию вызвало серьезные опасения за ее будущее у ревнителей московских архитектурных достопримечательностей.

Москвичей обеспокоила реставрация гаража работы Мельникова и Шухова

Кому старый гараж, а эстетам — образец стиля середины прошлого века.

Судьба авангарда

Прокомментировать происходящее мы попросили историка архитектуры, член-корреспондента Российской академии архитектуры и строительных наук, эксперта Международного совета по вопросам памятников и достопримечательных мест (ICOMOS) Наталию Душкину.

— Наталия Олеговна, как вы оцениваете ситуацию с гаражом Мельникова на Новорязанской улице?

— Если говорить об архитектуре советского авангарда 1920–1930-х годов, то многие из этих сооружений являются памятниками даже не общероссийского, а мирового значения. В 2017 году Научно-методическому совету Министерства культуры было поручено составить предложения по включению архитектурных объектов ХХ века в предварительный список Всемирного наследия ЮНЕСКО от России. Я участвовала в этой работе. Были выбраны постройки, которые на тот период сохраняли высокую степень подлинности. Это вообще важнейший критерий для попадания в упомянутый список. Гараж Мельникова стал одним из четырех сооружений, которые тогда назвали в составе серийной номинации «Русский авангард». Но сегодня приходится констатировать, что наша страна фактически утратила мельниковскую постройку на Новорязанской улице — один из шедевров архитектуры ХХ века в Москве.

Подготовкой проекта, на основании которого сейчас все происходит, занималось известное архитектурное бюро. На его сайте работа с гаражом названа не «реставрацией» и даже не «реконструкцией», а «конверсией гаража Мельникова» — вида работ, не существующего в федеральном законе 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия народов РФ». Позднее данная страничка на сайте оказалась недоступна для посещения, однако ситуация для творения Мельникова от этого не изменилась. При реставрации самое важное позаботиться о том, чтобы максимально сберечь подлинные части сооружения. В случае с гаражом на Новорязанской многое сохранилось до наших дней. Но «конверсия» предполагает куда более радикальные действия по переделке здания.

Сейчас видим лишь оставшийся от него периметр стен. А внизу создается подземный уровень, который уйдет вглубь на 7,5 метра. Для рытья котлована пришлось убрать все перегородки и снять фермы перекрытий. Мне непонятно, что с этими уникальными металлическими конструкциями, спроектированными великим Шуховым, будут делать. Если посмотреть на аналогичные ситуации на других объектах, возведенных с его участием и впоследствии прошедших через ремонтно-восстановительные работы, то выводы напрашиваются печальные. Судите сами: на перекрытиях дебаркадера Киевского вокзала из шуховских ферм сохранили только четыре. Вместо остальных — новодел, который отличается от подлинных, и это заметно при более внимательном взгляде на них. То же самое видим в Бахметьевском гараже, созданном Мельниковым и Шуховым. Там часть шуховских перекрытий при реконструкции здания была вывезена в неизвестном направлении и заменена отнюдь не аутентичными конструкциями.

Хочется, конечно, верить, что на Новорязанской будет иначе: все снятые фермы приведут в порядок и возвратят на место. Ведь это замечательная работа Шухова, который сумел сделать очень продуманную, эффективную конструкцию.

— Реально ли сохранить шуховские фермы? Можно такие огромные конструкции без дополнительного демонтажа вывезти на реставрацию и с ними что-то делать, при этом сохранив подлинность?

— При желании можно. Однако при том отношении — прямо скажем, не слишком трепетном, — к промышленному архитектурному наследию ХХ века, которое у нас существует, проще собрать новые фермы.

Большие опасения вызывает создание подземного этажа. Что будет с фундаментом здания, получится ли удержать подлинные стены гаража от обрушения при отрытии огромного котлована — все это требует серьезного обсуждения проекта в экспертном сообществе на разных уровнях.

— Можно будет после завершения нынешних работ считать гараж прежним объектом культурного наследия — шедевром Мельникова и Шухова?

— Если отталкиваться от международных стандартов работ на объектах культурного наследия, то сейчас произошла очень значительная утрата подлинности этого памятника, имеющего мировое значение. После завершения нынешних работ мы, скорее всего, получим другое сооружение, лишь повторяющее здание Мельникова. Аналог прежней внешней формы, но при этом имеющий совершенно новое внутреннее пространство и новую функциональную схему.

— В итоге гараж сможет все-таки быть претендентом на статус объекта всемирного наследия?

— Думаю, что в этом плане его потенциал существенно ослаблен.

Москвичей обеспокоила реставрация гаража работы Мельникова и Шухова

Отреставрированные гаражи и депо обычно становятся музеями или ресторанами.

Шуховым меньше

Свое мнение о происходящем сейчас с уникальным зданием на Новорязанской улице высказал корреспонденту «МК» правнук одного из создателей этого памятника архитектуры Владимир Федорович Шухов.

— 13 лет назад специалисты из нашего фонда сохранения индустриального архитектурного наследия изучали состояние гаража. Сохранность ферм перекрытий была близка к идеальной. Там было тогда обслуживаемое здание — ремонтная зона 4-го автобусного парка. От выхлопа двигателей все металлические элементы под потолком были покрыты слоем жирной копоти — как законсервированы. Поэтому никаких следов ржавчины не нашли. Конечно, можно допустить, что за последние 10 лет, когда здание пустовало, конструкции обветшали. Но когда я сейчас слышу о том, что старые металлические фермы удастся разобрать для ремонта пострадавших от времени элементов, а потом собрать в первоначальном виде, я не верю. На мой взгляд, велик шанс, что эти уникальные шуховские перекрытия мы в итоге потеряем.

Если это случится, в Москве объектов, построенных при участии Шухова, станет на один меньше. А ведь их — подлинных творений моего прадеда, и так в столице осталось совсем не много. Между тем работы Владимира Шухова признаны шедеврами конструкторской мысли. То есть это то, чем может заслуженно гордиться наша страна, то, что ценят во всем мире. Поэтому подходить к шуховскому наследию без максимальной заботы о его сохранении — неправильно.

В 2003 году, когда праздновали 150-летие Владимира Шухова, Государственная дума выпустила постановление, согласно которому шуховские объекты представляют особую ценность, а потому все организации, от которых это зависит, должны предпринимать все усилия для их сохранения. С тех пор прошло 20 лет. Увы, за это время многое из наследия моего прадеда оказалось утрачено или почти утрачено. Речь идет об уникальных перекрытиях, созданных над большими пространствами. К уже упомянутым печальным примерам можно добавить еще световые потолки в Пушкинском музее, Верхних торговых рядах. Везде при реконструкции первоначальные металлические элементы были полностью или в значительной мере заменены новоделами, отличающимися от оригиналов.

Повторюсь, что сейчас та же история может случиться с гаражом на Новорязанской. А ведь там конструкция перекрытий была очень изящная, фантастически красивая. Недаром же эту «верхотуру» мельниковского гаража так любил изображать знаменитый фотохудожник Александр Родченко. Боюсь, что если фермы сейчас разберут, то мы потом получим новые перекрытия. Они, наверное, будут внешне похожи на шуховские, но это будет уже не оригинал.

Транспорт — не музей?

В Москве — вот уже полтысячелетия как главном российском транспортном узле — разумеется, множество исторических транспортных объектов. Железнодорожные вокзалы и многочисленные станционные здания, трамвайные депо, автобусные, троллейбусные и автомобильные гаражи — большинство из них были инновационными и дорогими для своего времени проектами, а значит, к их постройке привлекали архитектурных и инженерных звезд первой величины (такими были и Мельников, и Шухов). Всем, например, известно, что автор Ярославского вокзала, заказанного крупнейшим меценатом и создателем Северной железной дороги Саввой Мамонтовым — Федор Шехтель, а Казанский вокзал создан «отцом мавзолея» Алексеем Щусевым.

За последние тридцать лет город потерял многие из этих объектов — особенно безжалостными к транспортному наследию были 90-е и 2000-е годы. Снесено, скажем, трамвайное депо на Усачевке — оно же «Уваровский парк конно-железных дорог». Едва уцелело от разрушения Круговое депо Николаевской железной дороги, а родственное ему Веерное депо успели снести. Сейчас ситуация и лучше, и хуже одновременно: с одной стороны, ценность памятников архитектуры осознается, с другой стороны, транспортный каркас, как говорится, сам себя не построит. И если старое здание стоит на пути прогресса — его судьба часто бывает плачевной.

— Например, недавний крупный пожар в пакгаузах бывшей товарной станции Николаевского вокзала (цветочной базе) практически полностью совпадает по своей локализации с площадкой будущего вокзала высокоскоростной магистрали Москва—Санкт-Петербург, — отмечает историк транспорта и градозащитник Юрий Егоров. — Насколько известно, значительные суммы на постройку этого вокзала уже выделены, в пределах Москвы будет возведена вся инфраструктура ВСМ. И это при том, что за пределами МКАДа будущее магистрали пока неясно.

Аналогичным образом уже снесены основные помещения Замоскворецкого трамвайного парка (ныне депо имени Апакова на Шаболовке). На их месте строится современное депо с канавами (так называются пути с углублением для обслуживания вагонов) для современных трамваев «Витязь-М» и «Львенок». Ширина исторических канав, увы, не позволяла ставить на них современные вагоны — и с уходом из Москвы стареньких «Татр» участь депо была решена.

— Историческими остались административное здание и котельная, которая, конечно, давно не работала по прямому назначению, — говорит Юрий Егоров. — К счастью, уменьшить территорию депо под жилую застройку оказалось невозможно из-за геологии: еще в середине 2000-х, когда этот вопрос впервые поднимался, оказалось, что высокие дома в начале Шаболовки не построишь.

Возможно, административное здание Апаковского депо сменит функцию: рассматривается возможность сдачи его в аренду. Но, так или иначе, оно будет отреставрировано и останется украшать собой Шаболовку. Как украшает Нижнюю Масловку свежеотреставрированное здание Бельгийского депо конки, а затем трамвая. А Лесную улицу — Миусское трамвайное депо, «работающее» сейчас ресторанным двором.

Заметим еще, что «почерк» реконструкции, который вполне выработался за последние годы у московских транспортников, вполне очевиден: исторические транспортные объекты (вокзалы, депо, гаражи, сигнальные посты, водонапорные башни и т.п.), которые не мешают транспортной работе, чаще всего реставрируются и сдаются в аренду под офисные или коммерческие помещения. Те, что мешают, — увы, сносятся. А те, что должны работать по профилю и дальше, реконструируются достаточно серьезно, «до основанья, а затем». Как Апаковские корпуса депо с канавами.

Источник: www.mk.ru

Комментарии закрыты.